Балет "Сон в летнюю ночь"


Балет Сон в летнюю ночь

Балет «Сон в летнюю ночь»

балет в 2-х действиях

При участии Детского хора Мариинского театра
Хормейстер детского хора – Дмитрий Ралко

Мировая премьера – 17 января 1962 года, New York City Ballet
Премьера в Мариинском театре – 6 июня 2012 года

Возрастная категория 12+

Сон в летнюю ночь
Это сочинение выдающегося американского хореографа Джорджа Баланчина критики дружно окрестили «сном о русском балете». Так оно и есть; Джордж Баланчин, он же Георгий Мелитонович Баланчивадзе, сын композитора-грузина, выпускника Петербургской консерватории, никогда не забывал своего петербургского детства, проведенного в стенах Императорского театрального училища и Императорского Мариинского театра. Эти воспоминания красной нитью проходят через все его творчество, и это крепкая, надежная база его художественных новаций, нового хореографического языка, ставшего балетом ХХ века.
Однако Баланчин вовсе не певец ностальгии. Он модернист до мозга костей, и с образом петербургского детства и императорского балета связана у него не печаль, но ликование. И не иллюстративные картинки, но классические структуры запущены в новые темпы и новые, ультрасовременные ритмы, архитектоника пространственных построений отсылает как к балетным ансамблям Петипа, так и к архитектурным ансамблям Росси. Подобного рода петербургскими реминисценциями пронизаны «Бриллианты», «Симфония до мажор», Ballet Imperial, «Тема с вариациями» и очень многие другие работы Баланчина.
Но почему же «Сон в летнюю ночь», шекспировская сказка, тоже оказалась для Баланчина связанной с Петербургом? Все очень просто. В детстве Жорж, как воспитанник Театрального училища, участвовал во многих спектаклях Императорских театров, и одним из них была комедия Шекспира «Сон в летнюю ночь» в Михайловском театре, с музыкой Феликса Мендельсона. Он был там эльфом, а год был 1917; вскоре вся эта эпоха рухнула, началась совершенно другая – безумные и конструктивистские двадцатые, в культуре которых Баланчивадзе тоже успел интенсивно поучаствовать, пока в 1924 году не сбежал из Советской России.
В 1958 году уже великий Баланчин, создатель американского балета в частности и неоклассического балета в целом, был приглашен поставить танцевальные выходы фей и эльфов в спектакле Джека Ландау «Сон в летнюю ночь» на Шекспировском фестивале в Стрэтфорде. (Кстати, одним из основателей этого фестиваля был тот же Линкольн Кёрстайн, которому в 1934 году пришла в голову судьбоносная мысль пригласить для работы в задуманной им Школе американского балета именно этого из многочисленных балетных русских, скитающихся по Европе: бывшего дягилевца, а на тот момент руководителя небольшой парижской труппы с вызывающе временным названием «Балеты 1933». Этот русский и был Жорж Баланчин.)
Музыка в спектакле 1958 года была не Мендельсона, а Марка Блитцштайна, человека брехтовской формации, автора знаменитого мюзикла The Cradle Will Rock («Колыбель будет качаться») и переводчика текстов «Трехгрошовой оперы», но работа над шекспировской пьесой все равно, должно быть, напомнила Баланчину о Петербурге. Во всяком случае, через некоторое время, а именно в 1962 году, он выпускает свой «Сон в летнюю ночь» на музыку Мендельсона, спектакль для него совершенно нетипичный: сюжетный, двухактный, с костюмами, декорациями и множеством персонажей (типичный – это бессюжетный, одноактный и концептуально исполняющийся в репетиционных костюмах, где действуют не персонажи, но танцовщики, подобно голосам хореографической партитуры).
«Сон» стал едва ли не единственным произведением Баланчина, где отсылки к формам петербургского балетного спектакля времен его детства столь прямые. Конечно, не стилизация – это его вообще никогда не интересовало, а все те же подспудные ритмы американской урбанистической культуры, современные скорости, которыми пронизана вся новая классика зрелого Баланчина, чередуются с завораживающими lento. Но вместе с тем – те самые старинные формы, те самые художественные коллизии казалось были отброшены Баланчиным раз и навсегда: пантомима как антитеза танца, гротеск как антитеза классики, да и сам образ балетного сна, который был центром едва ли не каждого произведения Петипа. Только у Петипа «сны», где царила чистая классика, врывались в хореографическую «пьесу» с ее непременным сюжетом и драматическим действием, размыкая ее «реальность» ради торжества танца; тогда как в «Сне в летнюю ночь» легковейный сюжет словно приглашен Баланчиным посетить хореографический мир новой классики, где именно танец давно уже стал самодовлеющим содержанием, смыслом и языком балета.
Инна Скляревская

 

Дирижер

Михаил Агрест

В главных партиях

Титания – Екатерина Кондаурова
Оберон – Тимур Аскеров
Пак – Илья Петров
Елена – Виктория Брилёва
Гермия – Дарья Павленко
Лизандр – Андрей Ермаков
Деметрий – Александр Романчиков
Ипполита – Александра Иосифиди
Тезей – Алексей Кузьмин
Кавалер Титании – Камиль Янгуразов
Pas de deux: Оксана Скорик, Константин Зверев


Михайловский театр
Страница Вконтакте Страница в Twitter Страница в Facebook